Майкл Сейлор увидел в провале CLARITY шанс для развития криптоиндустрии

Глава Strategy Майкл Сейлор (Michael Saylor) опубликовал в соцсети X статью, в которой призвал криптоиндустрию идти вперёд без CLARITY и делать ставку на поддерживающие правила Комиссии по ценным бумагам и биржам (SEC), Комиссии по торговле товарными фьючерсами (CFTC), Минфина США и банковских регуляторов. Сенат 15 сентября не продвинул законопроект, и вместе с ним не прошла согласованная сторонами редакция с ограничениями на вознаграждения по стейблкоинам. По оценке Сейлора, администрация готова модернизировать финансовые рынки, поэтому ближайшие два года стоит потратить на вывод на рынок продуктов, которые упрощают жизнь клиентам.

Самый безопасный путь для отрасли, по мнению Сейлора, — создавать сервисы, которыми людям хочется пользоваться, и быстро масштабировать их. Низкие издержки, простой доступ, полезные услуги и больший контроль над деньгами дают пользователям личный интерес в сохранении инноваций. Самой сильной опорой индустрии станет публика, которая получает выгоду от её продуктов. Правовая определённость важна, но закон одинаково легко закрепляет и право, и ограничение. Прежде чем радоваться «постоянству» норм, нужно понять, что именно фиксируется.

Что было в сентябрьской редакции CLARITY

Компромиссом называют согласованный вариант текста, который вынесли на голосование в Сенате. Ключевое правило о вознаграждениях стороны обсуждали ещё весной: платить за пассивное хранение стейблкоинов нельзя, а за активность, например платежи и переводы, можно. Как описывает Сейлор, сентябрьская версия запрещала бы провайдерам платить клиентам только за хранение платёжных стейблкоинов, но допускала вознаграждения за активность. Кроме того, Минфину предписывалось ограничивать отдельные вознаграждения, если будет установлен существенный вред от перетока депозитов из местных банков.

Сейлор разделяет две задачи: защиту банка от кризиса ликвидности и защиту банка от более сильного конкурента. Первая относится к финансовой стабильности и требует грамотного надзора. Вторая упирается в свободу клиента выбирать лучший сервис. Когда технологии удешевляют финансовые услуги, часть экономии должна доставаться потребителям.

Закон GENIUS Act уже ограничивает выплату эмитентами процентов и доходности по стейблкоинам с учётом сроков вступления положений в силу. Провал CLARITY оставляет этот закон нетронутым. Спор идёт о том, нужны ли дополнительные ограничения для провайдеров и вознаграждений.

Отдельно Сейлор обратил внимание на «песочницу» для инноваций, предусмотренную законопроектом. Она ограничивала участвующие компании 25 сотрудниками, а каждую комиссию — 20 одобрениями проектов в год. Это лимиты конкретной программы, но они показывают, как закон может заранее задать размеры эксперимента, пока рынок ещё не показал его потенциал.

Какие шаги регуляторы уже сделали

Сейлор напоминает, что путь для отрасли уже открывается. 17 сентября SEC на основании действующих полномочий предоставила условное освобождение от ряда требований для ончейн-трейдинга отдельными токенизированными акциями. Глава SEC Пол Аткинс (Paul Atkins) описал подход как последовательность: дать рынкам развиваться, изучить их работу, а затем заменить временные исключения из правил постоянными нормами. Защита инвесторов и запрет на мошенничество при этом сохраняются.

Глава CFTC Майкл Селиг (Michael Selig) поддерживал CLARITY, но обязался использовать существующие полномочия, если законопроект застопорится. Он поручил сотрудникам изучить правила для трейдинга криптоактивами с кредитным плечом на регулируемых площадках и работать с разработчиками над законными ончейн-финансами. Министр финансов США Скотт Бессент (Scott Bessent) связывает внедрение стейблкоинов с инновациями, ростом экономики и глобальной ролью доллара.

Сам CLARITY сохранял за SEC полномочия по предоставлению исключений. Для Сейлора это главный довод: значительная часть возможностей доступна уже сегодня, и платить за них дополнительными ограничениями не обязательно. Управление контролёра денежного обращения (OCC) к тому же ослабило надзорные барьеры для хранения криптоактивов в банках.

Пять направлений, которые выиграют от понятных правил

Сейлор выделил категории цифровых активов, где поддерживающие нормы могут дать наибольший эффект:

• Цифровой капитал — биткоин. Рабочие правила хранения и продуманное кредитование под залог упростят владение биткоином и его использование. Больше институтов, обслуживающих держателей, — шире доступ и глубже ликвидность.

• Цифровой кредит — привилегированные акции STRC. Это флагманский инструмент Strategy, который связывает бизнес компании по накоплению биткоина на балансе с инвесторами, ищущими доход. Новые правила могут расширить распространение, добавить токенизированное владение и сделать трейдинг удобнее. Кредитование под залог STRC с понятными условиями и раскрытием рисков сделает бумагу полезнее.

• Цифровой акционерный капитал — обыкновенные акции Strategy (MSTR). Дополнительные площадки, простой перевод и более длинные торговые часы способны расширить круг участников и повысить ликвидность.

• Цифровые биржи — Coinbase. Платформы вроде Coinbase смогут объединять криптоактивы, ценные бумаги, хранение, платежи и финансирование в одном сервисе. Клиенты получат конкуренцию по цене и качеству.

• Цифровая валюта — USDC от Circle. Стейблкоин связывает цифровые финансы с повседневными платежами и мировой торговлей. Правила могут ускорить расчёты, добавить программируемые платежи и интеграцию с финансовыми институтами.

По словам Сейлора, эти категории усиливают друг друга. Капитал поддерживает кредит, акции финансируют бизнес, биржи связывают инвесторов с эмитентами, а цифровая валюта переносит стоимость между ними. Разработчики смогут собирать из этих элементов продукты, более полезные, чем каждая часть в отдельности. Банкам он тоже отводит место в этой системе: они могут конкурировать в хранении, платежах, распространении и кредитовании под цифровые активы.

Ставка на 50 млн пользователей

Главный довод сторонников CLARITY хорошо известен: закон нужен как защита от будущей враждебной администрации. Сейлор признаёт, что устойчивый закон способен защитить права, а некоторые изменения без Конгресса невозможны. Но ни один закон не убирает политику из регулирования, ведь будущая администрация всё равно принимала бы решения о применении и контроле норм.

Поэтому он предлагает представить 50 млн американских избирателей, которые пользуются цифровыми финансовыми продуктами: недорогими платежами, удобным доступом к биткоину, полезными бумагами, прозрачными инструментами дохода и кредитами на конкурентных условиях. Им будет что защищать. Запретить малознакомую технологию политически проще, чем отнять сервис, на который опираются миллионы людей. Рост числа пользователей повышает цену отмены, а качественное регулирование укрепляет юридическую основу.

Массовое использование, по мнению Сейлора, улучшит и следующие законодательные дебаты. У несуществующих продуктов нет клиентов, которые могли бы за них заступиться. У работающих сервисов такие клиенты появляются: домохозяйства, компании, консультанты, разработчики и банки. Доверие при этом нужно заслужить прозрачными условиями, честным раскрытием рисков и свободой менять провайдера.

Скорость, по его логике, тоже имеет значение, поскольку инновации накапливаются. Ранний запуск даёт раннюю обратную связь, лучшие продукты привлекают клиентов и инвестиции, а те финансируют следующий цикл улучшений. Год ожидания — это год, когда клиенты не получают выгод. Дешёвые платежи и финансирование, быстрые расчёты и более широкий доступ высвобождают капитал для бизнеса.

Сейлор предлагает использовать 2027 и 2028 годы, чтобы вывести полезные продукты на масштаб, превратить временные послабления в постоянные нормы и добиваться точечных законодательных решений там, где нужны дополнительные полномочия или защита. Мерой успеха он называет ценность, которую получают клиенты и экономика.

Позиция Сейлора противопоставляет два пути: закон с ограничениями для вознаграждений по стейблкоинам и «песочницей» либо регуляторные решения SEC, CFTC, Минфина и OCC, которые уже принимаются на основе действующих полномочий.

Ключевая идея статьи в том, что общественная поддержка крупной пользовательской базы может оказаться надёжнее любого закона.

Мнение ИИ

С точки зрения машинного анализа данных, американское регулирование давно движется маятником. Еще в 2013 году федеральные регуляторы принуждали банки отказывать в обслуживании компаниям из «подозрительных» отраслей, а недавняя волна Operation Choke Point 2.0 повторила этот сценарий уже с криптоиндустрией. Показательно, что давление шло через банки-посредники, а не через пользователей: по документам, полученным Coinbase, FDIC направляла банкам указания ограничить работу с цифровыми активами, хотя представители прежней администрации отрицают скоординированную кампанию.

Выходит, что у любого сервиса есть слабое звено между клиентом и деньгами. Какое звено окажется таким для 50 млн пользователей Сейлора?

Источник